Глава 19. Бун встречался с Петрой уже достаточно долго, чтобы научиться расшифровывать ее

Бун встречался с Петрой уже достаточно долго, чтобы научиться расшифровывать ее по-британски сдержанные фразы.

Когда она говорила, что «немного голодна», это значило, что она готова съесть быка; если на словах она «раздражена», то на самом деле близка к массовым убийствам; и если она говорит, что у Кори «маленькая проблема», то парня можно только пожалеть.

Назвать признание Кори «маленькой проблемой» это все равно что обозвать цунами «небольшой волной», подумал Бун, просматривая папку с материалами по делу. Эта «маленькая проблема» легко смоет Кори с пляжа и унесет прямиком в Сан-Квентин,[20] откуда он уже никогда не выберется.

Вот что написал в своем признании Глава 19. Бун встречался с Петрой уже достаточно долго, чтобы научиться расшифровывать ее этот идиот Кори:

Мы вышли из бара и стали ждать, потому что разозлились, что нас оттуда вышвырнули. Ну, я увидел мужика, который оттуда вышел, и решил его отделать. Я подошел к нему и ударил его своим ударом Супермена.

«Удар Супермена»? Это еще что за хрень, удивился Бун.

У него глаза закатились еще до того, как он упал на землю. Мне больше нечего вам сказать.

Действительно, нечего. А больше и не надо, пустоголовый ты козел, подумал Бун. Зачем же говорить еще что-то, когда можно сразу признаться в преднамеренном нападении, да еще и подтвердить, что жертва погибла не Глава 19. Бун встречался с Петрой уже достаточно долго, чтобы научиться расшифровывать ее от удара о землю, а от твоего собственного кулака? М-да. «Мне больше нечего вам сказать». Лучше бы ты вообще молчал, креветка безмозглая. Надо отметить, стиль письма поражает – пожизненное заключение в пяти предложениях. Хемингуэй бы обзавидовался.

Трое свидетелей из пяти были дружками Кори.

Разумеется, они мгновенно свалили все на него.

Как это типично для таких банд, подумал Бун. Всякая шелуха вроде «братья навеки» мгновенно с них слетает, стоит только предложить им тяжелый выбор – либо убийство первой степени, либо соучастие в непреднамеренном убийстве, либо позиция невинного свидетеля. И тогда-то «братство» быстро разделяется на Каинов и Авелей.

Разумеется, полиция Глава 19. Бун встречался с Петрой уже достаточно долго, чтобы научиться расшифровывать ее с самого первого дня шила дело именно Кори. Помимо трех подростков, были еще два свидетеля, которые видели, как Кори нанес мужчине смертельный удар. Полицейские сразу же начали «работать» с потенциальными сообвиняемыми, чтобы как можно крепче затянуть петлю на шее Кори.

Строго говоря, арестовать могли бы и всех четверых – ясно, что со стороны полиции это был гамбит, – но на деле предъявить остальным бандитам было нечего. Самое страшное, что сумела бы доказать полиция, – обвинение в пособничестве. Так что копы предпочли дать парням зеленый свет и выпустить их на свободу.

Взамен они дали показания. Самым ценным свидетелем оказался Тревор:

Мы тусовались в переулке, когда Глава 19. Бун встречался с Петрой уже достаточно долго, чтобы научиться расшифровывать ее увидели того мужика. Кори сказал: «Смотрите, как я его отделаю. Я его уничтожу». Я попытался его остановить…

Как же, остановить он его пытался, хмыкнул Бун. Проработав три года в отделе по расследованию убийств, он научился отличать полицейскую речь от настоящих показаний свидетеля.

Тревора основательно поднатаскали.

Но вот убедительно врать так и не научили.

Хотя доля истины в его словах все же была.



А вот фраза «Я его уничтожу» стала для Буна неприятным сюрпризом.

Он продолжил читать показания Тревора.

Я попытался его остановить, но Кори стряхнул мою руку, подошел к тому мужику и ударил его ударом Супермена.

Опять этот идиотский Глава 19. Бун встречался с Петрой уже достаточно долго, чтобы научиться расшифровывать ее удар Супермена, подумал Бун. Какой-то бзик у них прямо.

Потом, когда мистер Кухайо ударился головой, раздался такой противный треск. Я понял, что дело плохо. Я сказал Кори: «Ты что наделал, чувак? Что ты наделал?»

Я понимаю, что мы должны были вызвать «скорую», дождаться врача, но мы испугались. Мы залезли в машину и уехали. Я плакал. Кори орал во весь голос: «Видели, как я его? Я его сделал! Сделал ублюдка! Видели?»

Да, Тревору выдали лопату, и он рьяно копал могилу своему дружку. Не без помощи следователя, разумеется.

Бун живо представил себе полицейского и туповатого Тревора. «Пойми, это последний шанс помочь Глава 19. Бун встречался с Петрой уже достаточно долго, чтобы научиться расшифровывать ее себе, парень. Поезд уже тронулся, сечешь? Есть ведь большая разница между свидетелем и пособником, сынок. Первые отправляются домой, вторые – принимать душ с мексиканскими мафиози». А затем офицер мягко подтолкнул к парню бумажку с ручкой и велел писать.

Писать ради спасения собственной шкуры.

Ну а там копы заработали – зажужжали, как трудолюбивые пчелки, залетали, перекрестно опыляя Тревора Бодина, Билли и Дина Ноулсов. Вытянули из них все, что могли, все дерьмо, какое только ребята могли накопать друг на друга и особенно на Кори. Да, в полицейском участке проводили отличные семинары по написанию объяснительных. Взяли ручки, ребятки, и поехали. Не забывайте использовать живописные Глава 19. Бун встречался с Петрой уже достаточно долго, чтобы научиться расшифровывать ее глаголы и образные прилагательные. Но говорите своими собственными словами, прислушайтесь к внутреннему голосу.

Вот только Кори к этим занятиям не допустили. Ему просто сунули ручку и велели писать самоубийственное признание. «Воткни себе ручку в пупок, малыш, и проверни пару раз туда-сюда. И, будь так добр, не замарай нам кровью всю мебель».

Вели это дело два следователя: Стив Харрингтон и Джон Кодани.

Он же Джонни Банзай.

Маленькая проблема, даже учитывая «правило прыжка».

Бун и Джонни разработали это правило вскоре после того, как Бун стал частным детективом и друзья поняли, что их дорожки будут часто пересекаться. Правило простое: да Глава 19. Бун встречался с Петрой уже достаточно долго, чтобы научиться расшифровывать ее, профессиональные интересы могут идти вразрез с их дружбой, да, иногда одному из них придется вспрыгивать на волну товарища – но в этом нет ничего личного.

Оно, конечно, так, только…

Это дело угрожало стать очень даже личным. Фактически Буну придется «наехать» на Джонни, раскритиковать его методы расследования. Так с друзьями обычно не поступают, а Джонни с Буном определенно были друзьями.

Они познакомились и подружились на первом курсе колледжа, когда выбрали своей специализацией охрану правопорядка. В те дни Джонни обычно сёрфил в Оушн-Бич, и именно Бун посоветовал ему попробовать волны в Пасифик-Бич. Именно Бун присматривал за ним, следил Глава 19. Бун встречался с Петрой уже достаточно долго, чтобы научиться расшифровывать ее, чтобы никто на него не наехал. Но новичком Джонни считался в Пасифик-Бич недолго – как только местные ребята увидели, как он стоит на доске, они поняли, какой перед ними клевый парень, и с радостью приняли его в свою компанию.

Да, Бун и Джонни были хорошими друзьями. Другими словами – Бун был свидетелем на свадьбе Джонни (и за пару недель до этого события начал учить японские фразы, чтобы по всем правилам поприветствовать бабушку и дедушку Джонни).

Другими словами – если у Джонни и его жены рабочий день выпадал на субботу или воскресенье, они оставляли своих сыновей на пляже под присмотром Буна и Дэйва Глава 19. Бун встречался с Петрой уже достаточно долго, чтобы научиться расшифровывать ее и ничуть не беспокоились. Знали, что Бун и Дэйв скорее умрут, чем позволят кому-нибудь обидеть их детей.

Другими словами – младшего сына Джонни звали Джеймс Бун Кодани.

Другими словами – когда какой-то клоун в «Рюмке» обозвал Джонни «узкоглазым», обычно миролюбивый Бун отправил его в нокаут.

Другими словами – когда Бун расследовал дело о похищении Рэйн Суини, когда он стал парией в родном полицейском участке, именно Джонни – и только он – заступался за него, разговаривал с ним, обедал с ним. И хотя Бун до сих пор об этом не знал, когда он уволился, именно Джонни вспомнил парочку приемов дзюдо и отметелил в раздевалке трех Глава 19. Бун встречался с Петрой уже достаточно долго, чтобы научиться расшифровывать ее – трех! – копов, которые посмели высказать свое нелицеприятное мнение о Буне.

Другими словами – когда Бун несколько месяцев валялся в глубокой депрессии и отчаянно жалел себя, Джонни навещал его каждый божий день. И именно Джонни согнал в конце концов Буна с дивана, именно Джонни переживал вместе с ним, когда Санни не выдержала и выгнала Буна из дому, именно Джонни тогда сказал ему: «Возвращайся в океан, брат. Возвращайся к воде».

Другими словами…

Они – друзья.

И приятным это дело не будет.


documentabafimz.html
documentabafpxh.html
documentabafxhp.html
documentabagerx.html
documentabagmcf.html
Документ Глава 19. Бун встречался с Петрой уже достаточно долго, чтобы научиться расшифровывать ее